А я после танатонавтов перестала его читать. У меня с современными авторами не складываются отношения. Прочитываю одну-две вещи, складывается впечатление о писателе, а дальше его читать нет интереса.
Но вот Людмила Улицкая меня зацепила.
Из легкого чтива с мужем читаем "Уиллбура СмиТА" - пишет очень динамичные боевики. Можно начать с романа "время умирать" но в нем есть одна очень неприятная сцена, её лучше пропустить.
Удивляют меня нобелевские лауреаты. Эльфрида Елинек - роман "Любовницы". Не скажешь, что хорошая литература, а после прочтения книги такое впечатление, что у тебя на глазах кого-то жестоко выпороли розгами. Это не сцена из произведения, а такой стиль написания романа. Болше Элинек читать не хочется, нобелевскую премию я бы ей не дала. Паланик -очень мрачненько.
Мураками нравится, один из его героев читал книги только тех писателей, после смерти которых прошло не менее 30-ти лет. Наверное и я буду придерживаться этого принципа (за некоторыми исключениями).

"Я отворил дверь в крошечный отсек, где стояла одна-единственная коробка с надписью: «БОЕВЫЕ ПАЙКИ КЖЕ». Но коробка оказалась подозрительно легкой. Неужели ее содержимым
можно накормить такую ораву?
- Тащи сюда, кретин, нечего ее щупать! — зарычал сержант, и я поспешил обратно. Пайки ЮКЕ оказались серыми брикетами в пластмассовых стаканчиках. Мои товарищи мигом их расхватали.
- Такой брикет поддерживает жизнь в течение суток, — скрипучим голосом объяснил сержант. — В нем есть все витамины, минеральные вещества, протеин и селитра — все, что начальство считает необходимым для солдатского организма. Крышечка снимается путем надавливания ногтем большого пальца на желобок, помеченный надписью «надавить ногтем большого пальца». Поев, каждый из вас подойдет к стене, вот к этому крану, наберет в пластмассовый стакан воды. Пить надо быстро, через минуту после смачивания упаковка утратит жесткость. Напившись, вы аккуратно скатаете ее и будете хранить как зеницу ока, потому что она превратится в контрацептив-ное средство, которым вы еще долго не сможете пользоваться, но которое обязаны иметь при себе. А теперь — приступить к приему пиши!
Я приступил, точнее, попытался. Твердостью брикет напоминал обожженную глину, значительно уступая ей вкусом. Последний кусок я выплюнул, не прожевав, и бросился к крану. Я успел дважды наполнить и осушить пластмассовый стакан, прежде чем он превратился в подобие не надутого воздушного шарика. Вздохнув, я скатал его и сунул в карман."

А я наоборот, Улицкую не люблю. У нее конец всегда один и тот-же, кто-нибудь обязательно умрет. А когда знаешь чем закончится книга, читать ее не интересно.